В дремучих лесах российской глубинки стали появляться экзотические животные
В тверской глубинке, где еще мои родители купили в небольшом селе дом, мне доводилось встречать немало разного зверья. В лесу нередко натыкался на лосей и кабанов, гонял по полям лис и зайцев, на берегах Волги наблюдал за выдрами и бобрами. По рассказам охотников знаю, что изредка забредают в эти места медведи и косули, устраивают где-нибудь в чаще логово волчьи семьи. Но все эти лесные и речные обитатели настолько привычны, что лишь попытка гиганта сохатого перебежать дорогу легковушке может стать темой для короткого разговора, типа: "Во дает..."
Однако прошлым летом среди дачников и местных жителей поползли упорные слухи о некоем чудище, поселившемся в сосновом бору. Бором, впрочем, этот некогда обширный лесной массив сейчас можно назвать с большой натяжкой. Уже который год подряд бригады лесорубов-украинцев машинами вывозят отсюда стройные стволы сосен-многолеток. А на вырубках мы собираем крупную малину. Поэтому к рассказам детишек о черной голове с огромными зубами, торчавшей прямо из полусгнившего пня, причитаниям старушки, которую в малиннике едва не утащил "огромный хвост с шипом", относился весьма скептически. До тех пор пока к нам во двор не прибежал запыхавшийся Мишка-Пятерик, пятидесятилетний мужик, считавшийся даже по снисходительным деревенским меркам человеком пропащим. Нигде не работает, пьет, сшибает у знакомых и незнакомых "пятерик на стакан", за что и получил прозвище. Но в сборе грибов и ягод с ним в селе вряд ли кто может тягаться.
Вызвав меня на крыльцо, вопреки ожиданиям Мишка не стал просить на опохмелку, а сразу спросил: "Ты ружье привез?". Когда я утвердительно кивнул, он шепотом распорядился: "Бери патроны с картечью и пошли. Нашел я ее логово". А когда, сдерживая улыбку, я поинтересовался о чьем логове идет речь, Пятерик также таинственно сообщил: "Царь-змею завалим".
Легенду о страшном пресмыкающемся - царе всех змей, жившем на болотах и нападавшем на людей и зверей, доводилось слышать еще в детстве. Поэтому, не задавая Мишке лишних вопросов, взял ружье, кинул в карман пару дробовых патронов и пошел за ним. У первого малинника Мишка взял круто влево - к берегу Волги. Пробираться нам пришлось через густые заросли крапивы и олешника. Но вскоре дошли до одного из последних нетронутых уголков бора. Ветки высоченных сосен, сомкнувшись, образовали здесь шатер, сквозь который с трудом пробивался солнечный свет. Толстый слой мха пружинил под ногами. Подобравшись к вывороченному с корнями дереву, Пятерик палкой стал шурудить в образовавшейся у корней яме, заваленной засохшими ветками и старой листвой. Послышалось громкое шипение, и из этой кучи внезапно показалась довольно крупная плоская голова с маленькими блестящими глазками и раздвоенным язычком. Потом в лесном полумраке мы увидели длинную блестящую ленту. Отскочив, Мишка заорал не своим голосом: "Стреляй, вот она". Но, словно завороженный, я продолжал наблюдать, как узорчатое тело большой змеи, играя и переливаясь, словно утекает под упавший ствол. В пресмыкающемся было не меньше трех метров. В наших местах, где гадюки редко дотягивают до полуметра, это животное действительно могло сойти за змея-горыныча.
Мой провожатый разочарованно заметил: "Проморгали, теперь ищи ее. Чего не стрелял?". Я уклончиво ответил, что змея не такая уж большая, и судя по всему не ядовитая. А вдруг она занесена в Красную книгу, а мы в нее палить начали.
Вернувшись домой, полистал энциклопедию и определил, что в наших лесах, похоже, оказался уроженец Южной Америки - удав боа-констриктор. Хотя некоторые экземпляры этой змеи достигают почти пятиметровой длины, боа отличается мирным характером, питается в основном грызунами и птицами, а человеку не опасен. Тем не менее позвонил в Москву знакомому, работавшему в зоомагазине. Выслушав меня, тот рассмеялся: "У кого-то из дачников домашний удав сбежал. Обычная история. Хорошо, что в лес. Боа - змея общительная, могла и в дом заползти. Надо ее поймать, а то к зиме от холода погибнет". Вскоре от него приехал в село молчаливый парень со специальным сачком. Сопровождал его в лес все тот же Мишка-Пятерик. Удава поймали и увезли в город, а Мишка, видимо, получил за наводку гонорар, поскольку три дня потом ходил сильно поддатый и хвастал, что избавил односельчан от "страшной змеи-душителя".
Смелянский Владимир
Рабочая газета № 9 от 01 октября 2006 года
|
