Ученые Абхазии спорят о происхождении странного черепа, найденного в колхидских болотах. О проблемах археологии в Абхазии и невозможности на месте идентифицировать некоторые находки рассказал обозревателю Sputnik Владимиру Бегунову старший научный сотрудник АБИГИ Руслан Барцыц.

Дельфин без зубов

По словам Руслана Барцыц, в среде абхазских археологов остро чувствуется нехватка узкопрофильных специалистов.

— Палеонтологов в Абхазии нет, — говорит археолог. — Находки, относящиеся к животному миру до появления человека, попадаются всем, кто ведет раскопки, но точно сказать, что это, мы не можем. К примеру, археолог Зураб Хондзия не так давно нашел позвонок внушительных размеров и фрагмент ребра крупного животного. Какого – сказать сложно. Я осенью повезу в Москву на экспертизу вот этот череп. Его нашли в болоте рабочие колхидского совхоза. Мой коллега Виктор Маландзия говорит, что это череп дельфина-азовки, но, посмотрите, в нем нет зубов, и такое ощущение, что и не было. По моей версии, это череп гигантской змеи, которая водилась тут когда-то. Здесь не хватает передней части челюсти, где могли находиться клыки. То, что это животное ползало или плавало – очевидно, по месту крепления позвоночника — не снизу, а сзади черепа.

Динозавры и мамонты

— Давайте попробуем реконструировать жизнь в Абхазии до появления человека. Водились ли здесь динозавры, мамонты?

— Фрагменты настолько крупных животных попадаются редко, и опять же из-за отсутствия специалистов именно в этой области их не получается идентифицировать.  Сырьевой базы для гигантских травоядных здесь не было, им нужны равнины, огромные пастбища, где бы они могли мигрировать. Но мамонты могли сюда попасть в ледниковый период. Ледник ведь шел и гнал все живое на юг, оставляя за собой ледяную пустыню. Динозавры тоже могли здесь водиться, но не самые крупные. В Грузии, под Кутаиси, есть заповедник "Стаплиа", где сохранились окаменелые следы динозавров. Я там был, видел их. Четкость этих следов поражает, видно, как располагались пальцы на лапах, когти. Это рядом, так что здесь тоже динозавры, наверняка, были.

— А что попадается из палеонтологических находок?

— Окаменелости растений, рыб и моллюсков. Их много. В Абхазии такие находки встречаются повсеместно. Впервые на них обратили внимания инженеры, которые взрывали здесь скалы при прокладке военной дороги в XIX веке. Морских окаменелостей вообще масса. Ну вот, смотрите, какую-то древнюю медузу выносит на берег и впечатывает сильной волной в вязкий грунт. Она разлагается, ее заносит пылью, проходят миллионы лет, и мы имеем четкий отпечаток этого морского существа. В детстве, помню, я находил странные камни выпуклой формы, похожие на хинкали с точечным рисунком, складывал их дома. Они до сих пор у меня хранятся. Это окаменелости моллюсков. Прибрежная полоса нестабильна, море меняло свои очертания много раз, поэтому находил их и в прибрежной полосе и в горах.
Где искать аргонавтов

— Черное море так сильно меняло свои берега?

— Да. 30-40% нашей археологии вообще на дне морском, это руины греческих колоний, та же Диоскурия, к примеру. А вот дольмены большей частью находятся на труднодоступных возвышенностях. Возможно, когда они строились, береговая линия была совершенно иной, и эти постройки находились на открытых прибрежных участках. Кстати, вполне возможно, что это одна из причин, почему не найдены следы аргонавтов. Все экспедиции, которые рассчитывали их найти, искали у берега, но, может, надо искать в горах?

— В Абхазии много пещер, там раскопки ведутся?

— Еще одна проблема. Своих спелеологов у нас нет, работают приезжие экспедиции, черные копатели тоже не дремлют. Помню, как в детстве меня потрясла моя первая находка. Я был подростком и жил в селе Бармыш Гудаутского района. Там, в урочище Мазихуа есть большая доступная пещера. Мы с ребятами лазили в нее и наткнулись на следы работы черных копателей. Они даже не утруждают себя закапывать то, что раскопали. Искали они, понятно, золото и драгоценности, на остальное внимания не обращали, и я нашел классическое рубило древнего человека, такое, как в учебнике истории, с режущей поверхностью, выступами, чтобы удобно было держать в руке. Это был неожиданный восторг, история, которую мы изучали в школе, оказалась не просто написанной в книгах – она вокруг нас. В доступных для исследования пещерах, наряду со следами человеческих стоянок, встречаются кости пещерных медведей, тигров.
Место ссылки первых христиан

— В первых веках нашей эры Абхазия была местом ссылки христиан Римской Империи. Это написано в любом тексте об Абхазии, но как много нам известно об этом периоде?

— Достаточно много, в основном по жизнеописаниям наши святых. Апостол Симон Кананит и Иоанн Златоуст не совсем подходят под ссыльных за веру, но эпоху отражают. Симон Кананит с Андреем Первозванным здесь проповедовали добровольно, выбрав миссионерский путь, Иоанн Златоуст же был изгнан уже после того, как Римская империя приняла христианство. Дело было не в вере, а в том, что он говорил об императорской семье. Знать тогда погрязла в разврате, и проповедник не мог об этом молчать. Изгнанники за веру? Нет, но та эпоха. Мы знаем, что Иоанна Златоуста конвой легионеров должен был переправить в Пицунду, но Иоанн был стар, его не довезли, он умер в Каманах.
Тайны пицундского храма

— С какими еще проблемами сталкиваются археологи?

— Масса исторических объектов располагаются в жилых районах. На древних могильниках находятся современные кладбища, как их раскапывать? Моя боль – акведук в Пицунде. По нему вода с гор попадала в пицундский храм. Когда-то я мечтал его полностью восстановить, где-то собрать из той керамики, из которой он был сделан, там, где не хватает больших фрагментов – достроить из современных синтетических материалов, но, в конце концов, расстался с этой мыслью.

Акведук идет через частные огороды, люди копать не дают, боятся, что мы что-то ценное найдем, и они будут всю жизнь жалеть, что не сами это выкопали, дорожники прокладывают дороги и просто выламывают древнеримскую керамику, не понимая ее ценности. В одном дворе мужик вообще туалет на трубе акведука поставил – пробил его ломом. Когда тепличное хозяйство в Пицунде строили тоже на месте акведука, я ходил по инстанциям, говорил, чтобы подождали, дали поработать археологам, но у них все спешно – деньги вложили, надо строить.

Я очень хочу исследовать подземелья пицундского храма. Они существуют. В XIX веке в него спускались люди, сохранились письменные источники. Есть мнение, что там, помимо катакомб, был подземный ход к часовне на берегу. Часовня та давно разрушена и находится на дне морском из-за наступления моря. Ориентиром подземного хода служит кипарисовая аллея. Это подтверждается моими наблюдениями. Часть камней фундамента храма периодически покрывается налетом соли в этом месте. Когда в 1975 году в храме делали концертный зал и устанавливали орган, последние лазейки в катакомбы заделали. В восьмидесятых годах проводились исследования в храме. Ультразвуком проверяли полости.

Московские специалисты оставили заключение, что там много свободного пространства и есть объекты, гасящие звук, возможно, ящики, запечатанные воском. Когда я хожу по инстанциям, добиваясь разрешения на раскопки, говорю, что это, может быть, часть патриаршей библиотеки или спрятанные церковные ценности, меня воспринимают как мечтателя и просто отмахиваются, а что такое вообще наука, и археология в частности, как не мечта найти свое сокровище?!

http://sputnik-abkhazia.ru/Abkhazia/20160617/1018761718.html