Исследователи, занимающиеся поведением животных, давно ушли от изучения простых рефлексов и инстинктивных реакций — то есть всё это продолжают изучать, но как часть большого и сложного «внутреннего мира» животных. Особое внимание зоопсихологи обращают на социальную жизнь своих подопечных.
И тут, разумеется, никуда не уйти от параллелей и аналогий с человеком — в конце концов, мы ведь тоже «социальные животные». А среди человеческих социальных реакций одна из самых интересных — эмпатия, способность бескорыстно сопереживать чужим эмоциям.
При эмпатии мы не преследуем никаких личных целей; мы избавляем другого от страданий не потому, что прямо чувствуем его боль; помощь, оказываемая из эмпатии, не приносит никаких материальных (или репродуктивных) выгод. И тут возникает вопрос, есть ли эмпатия у животных. Три года назад исследователи из Чикагского университета (США) сообщили, что крысы освобождают друг друга из клетки, но никакие собственные стрессовые ощущения их к этому не подталкивают. То есть — эмпатия?
Белая крыса-«освободитель» и чёрно-белая крыса-«заключённый» (фото Kevin Jiang / University of Chicago).
Однако в таких случаях хорошо бы прежде всего спросить себя, что мы понимаем под эмпатией. На зыбкость этого понятия указали критики «крысиной» статьи, которые выступили с утверждением, что крысы поступали так на благо группы и что точно такое же поведение можно обнаружить у муравьёв. Животные могут не испытывать «личного» стресса, но они видят, что благополучие группы под угрозой, и, помогая товарищу, тем самым косвенно получают собственную выгоду — что хорошо для всех, то хорошо и для меня.
Но критика учёных не смутила, и они продолжили свои исследования. В новой статье, появившейся в журнале eLife, они сообщают, что эмоциональная чуткость у крыс зависит не столько от генов, сколько от социального опыта индивидуума (что в какой-то мере свидетельствует в пользу подлинности эмпатии).
В очередных экспериментах Пегги Мэйсон (Peggy Mason) и её коллеги пытались установить, будут ли крысы беспокоиться о других особях, с которыми они не знакомы или которые относятся к другой генетической линии. Одних крыс, как и раньше, сажали в тесную конструкцию, где они почти не могли двигаться и потому испытывали сильный стресс; при этом наблюдали за реакцией других крыс, которые либо старались как-то посочувствовать заключённым и освободить их, либо не обращали на них внимания. Крысы-«освободители» всегда были альбиносами, и сначала их сталкивали с такими же альбиносами-«заключёнными». Крысы, находящиеся в клетке, не были знакомы свободным крысам, даже по запаху, и тем не менее животные старались освободить чужаков.
Если же в клетке оказывалась чёрно-белая крыса, то есть относящаяся к другой генетической линии, то белые крысы не стремились выпустить её на волю. А если чёрно-белая и белая успели до этого познакомиться (например, какое-то время жили в одной клетке), то белая спешила на помощь.
После этого экспериментаторы усложнили опыт, предъявив белой крысе заключённую чёрно-белую, но другую, не ту, с которой она жила. Как оказалось, общение хотя бы с одним представителем другого племени распространяет эмпатию на всех его «родичей»: белая крыса старалась освободить чёрно-белого незнакомца. То есть для крыс (пока не будем говорить обо всех животных) важнее познакомиться с чужим родом, чем с каким-то конкретным его представителем.
Но в этом случае всё равно нельзя исключить влияние общих генов, когда речь идёт о сопереживании соплеменнику. Чтобы проверить, гены это или нет, исследователи растили крысу-альбиноса с чёрно-белой матерью и чёрно-белыми товарищами; при этом никаких альбиносов такой крысе в жизни не встречалось. В тесте на эмпатию такая особь стремилась освободить чёрно-белых крыс, но не белых, которые, вообще говоря, генетически ей ближе.
То есть у крыс прекрасно обстоят дела с вычислениями, кто с кем знаком, кто к какой группе относится и кому в связи с этим следует помогать, однако генетическое родство, по-видимому, к этому отношения не имеет: всё определяется воспитанием, контактами друг с другом — социальным опытом.
Авторы работы полагают, что это поможет понять корни и механизмы эмпатии у других животных и у человека. Однако на этот раз они осторожнее обходятся с этим термином, уравновешивая его «просоциальным поведением», то есть поведением на благо группы, в которую ты сам входишь. Ибо, несмотря на то что крысы помогали другим генетическим линиям, они всё-таки относились к одному виду, и генетическое родство между крысами белыми и чёрно-белыми было бы глупо отрицать.
http://compulenta.computerra.ru/chelovek/biologiya/10010883/ |
