Если кому-то вдруг придёт в голову заняться сексом в публичном месте, долго это продолжаться не будет: любящихся быстро «повяжут» за нарушение общественного порядка. Да и вряд ли им вообще удастся далеко продвинуться — внимание возмущённой общественности будет, так сказать, сбивать с настроения. Да и кому вообще придёт такое в голову — стыдно же (про художников-акционистов вспоминать пока не будем).
Но это у людей. А как с публичным сексом у приматов? Зоологи из Биомедицинского центра исследования приматов (Нидерланды) выясняли этот вопрос на примере макак-крабоедов. Эти обезьяны живут большими сообществами, в которых много и самцов, и самок: спаривайся не хочу. Однако макаки предпочитают стыдливо прятаться по кустам, подальше от глаз товарищей по стае. Исследователей же интересовало, намеренно ли обезьяны ищут уединения или просто «так получается».
Зоологи наблюдали за группой из 27 обезьян, обитающих при научном центре. В первую очередь учёных интересовали случаи прерванного секса и как это зависело от поведения других обезьян разного пола и социального статуса, ставших свидетелями интимной сцены. Внимание обращалось и на то, склонны ли обезьяны приставать друг к другу с непристойными намерениями в «общественном месте». В итоге удалось выяснить, что склонность макак к интимному уединению действительно подкрепляется агрессивным поведением их товарищей. Самец или самка, увидев совокупляющуюся пару, постарается предпринять любые действия, чтобы нарушить деликатный процесс. Поэтому обезьяны чаще занимаются «этим» там, где не слишком велик риск, что на них случайно наткнётся свидетель. Объяснять это моральными установками, разумеется, нельзя: как пишут зоологи в Behavioral Ecology and Sociobiology, здесь мы имеем дело с обычным проявлением естественного отбора: самец или самка препятствуют репродуктивному успеху своих конкурентов.
При этом, что любопытно, макаки не сбегают в кусты специально. То есть всё зависит от того, где они находятся: если обезьяны забрели на периферию группы, то почему бы не заняться сексом там; если же они сидят в поле зрения альфа-самца (или альфа-самки), то своих сексуальных стремлений никак не проявляют и не зовут выбранного партнёра уйти от внимания окружающих. То есть для секса необходимо уединиться, но специально за уединением никто не гоняется.
И тут довольно трудно удержаться от того, чтобы не провести параллели со строгими блюстителями морали вида Homo sapiens. Оставим в покое неприкрытый секс — но кто не видел и не слышал осуждающих жестов и слов в адрес, например, целующейся парочки? Или слишком короткой мини-юбки? И не слышится ли в этом осуждении голос нашего далёкого обезьяньего предка, который беспокоится, как бы его не обошли на репродуктивном поприще?
http://science.compulenta.ru/718114/
|
