Покажите мне тело. Так называемые свидетельства очевидцев о снежном человеке, Несси и Огопого распаляют наше воображение. Но на одних байках науки не сделаешь В 1895 году французский романист Анатоль Франс высказал мнение: «Случай — это псевдоним Бога, когда он не хочет подписываться собственным именем».
Возможно, так и есть, но, как заметил другой знаток человеческих душ, «иногда сигара — всего лишь сигара». Поэтому, хотя и говорят, что знаменитости уходят в мир иной по трое, это наверняка совпадение — потеря в январе 2003 года авторов двух известнейших биомистификаций, Дугласа Херрика, отца нелепого кроленя (полукролика, полуоленя), и Рэя Уоллеса, родоначальника менее абсурдного бигфута (рассказы о котором нередко принимают за чистую монету).
Кролень веселит нас дешевыми приемами — лицензиями на отстрел, продаваемыми только обладателям IQ от 50 до 72, бутылками уникального молока кроленя, ну и такими вариациями, как кролепанда. Бигфут же, хотя иногда и вызывает едкие смешки, гораздо более правдоподобен по простой эволюционной причине: крупные волосатые человекообразные обезьяны в наши дни обитают в африканских лесах, и по крайней мере один вид гигантских обезьян — гигантопитек — жил несколько сотен тысяч лет назад бок о бок с нашими предками.
Семья Уоллеса после его кончины призналась, что неутомимый шутник нас разыгрывал, но может ли случиться, что бигфут существует на самом деле? Бесспорно. В конце концов, хотя сторонники бигфута не оспаривают того факта, что Уоллес разгуливал на деревянных колодках гигантского размера, они совершенно справедливо замечают, что рассказы о гигантском йети в Гималаях и легенды индейцев о сасквоче, бродившем по северо-восточному побережью Тихого океана, появились намного раньше розыгрыша Уоллеса 1958 года.
В сущности, на протяжении большей части XX века были все основания рассуждать и искать Бигфута, а заодно с ним обитателей озер Лох-Несс, Шамплейн и Оканаган (соответственно, Несси, Шампи и Огопого) и даже инопланетян. Наука занимается объяснимым, поэтому наши ограниченные исследовательские ресурсы не тратились на кроленя, а вот на этих существ в свое время вполне могли. Почему же они не заслуживают этого сейчас?
Изучение животных, чье существование лишь предстоит подтвердить, называют криптозоологией. Термин придумал бельгийский зоолог Бернар Эйвельманс в конце 1950-х годов. Криптиды, или «скрытые животные», начинают свою жизнь как следы в грязи, размытые фотографии, видеозаписи с низким разрешением и бесчисленные байки о глухом топоте по ночам. Существует множество видов криптидов: вышеупомянутые гигантские обезьяны и озерные чудовища, морские драконы, огромные змеи-осьминоги, птицы и даже выжившие динозавры (самый известный из них — мокеле-мбембе, который, по легенде, скрывается в озерах Западной Африки).
Криптиды достойны нашего внимания уже потому, что ученые совершили немало успешных открытий, опираясь на фольклор и байки — так что мы не можем наперед отрицать все подобные рассказы. Среди самых известных примеров — горилла в 1847 году (и горная горилла в 1902 году), гигантская панда в 1869 году, дракон с острова Комодо в 1912 году, бонобо (или карликовый шимпанзе) в 1929 году, большеротая акула в 1976 году, гигантский геккон в 1984 году, клюворылый кит в 1991 году, вьетнамский полорогий бык саола в 1992 году. Криптозоологи особенно гордятся поимкой в 1938 году целаканта, принадлежавшего к древнему виду рыб, который считался вымершим в меловом периоде.
Хотя сообщения об открытии новых видов жуков и бактерий регулярно публикуются в биологических хрониках, эти примеры поразительны своей новизной, размерами и общностью с вышеупомянутыми родственниками-криптидами — бигфутом, Несси и др. Однако обратите внимание, что у всех этих примеров есть нечто общее: материальное тело! Для признания нового вида нужно иметь голотип — образец этого вида, по которому можно составить подробное описание, сделать фотографии, вылепить модели и опубликовать профессиональный научный анализ.
С баек хорошо начинать исследование, но сами по себе они не являются основанием для признания нового вида. По словам Фрэнка Саллоуэя, психолога из Калифорнийского университета в Беркли (словам, которые стоило бы возвести в принцип), «байки не делают науки. Десяток баек — не лучше одной, а сотня — не лучше десятка».
Каждый раз, сталкиваясь с охотниками на бигфута, искателями Несси или жертвами похищений инопланетянами, я применяю правило Саллоуэя. Все это — захватывающие истории, а не достоверная наука. После вековых поисков химер уместнее всего сохранять скептицизм до тех пор, пока вам не покажут тело.
https://lenta.ru/articles/2017/01/15/book/ |
