Неутомимый зоопсихолог Элис Ауэрсперг и её коллеги из Венского (Австрия) и Оксфордского (Великобритания) университетов продолжают радовать нас новостями об уме и сообразительности их питомцев — какаду Гоффина.
Совсем недавно мы узнали, что эти попугаи обладают недюжинными инженерными способностями, а в новой статье этих же исследователей, опубликованной в Journal of Comparative Psychology, нам рассказывают об очередном, если можно так выразиться, когнитивном завоевании какаду: у птичек обнаружилась способность удерживать в уме местонахождение скрытых объектов.
О чём идёт речь? Глядя на автомобиль, въезжающий в туннель, мы без труда можем угадать, откуда он появится, — с другой стороны туннеля. Причём мы в состоянии предсказать не только место, но и время, прикинув скорость движения машины и длину пути. Или, например, если показать нам конфеты в коробке, спрятать коробку на какое-то время за ширмой, а потом достать её обратно и показать, но уже пустую, мы будем знать, что конфеты остались где-то за ширмой. Именно так выглядел классический эксперимент французского психолога Жана Пиаже, поставленный им в середине прошлого века. С его помощью удалось показать, что способность умозрительно понимать, где находится скрытый объект, у человека появляется к двум годам жизни. Среди остальных животных этот дар есть только у человекообразных обезьян.
Эксперимент можно усложнить, превратив его в некое подобие «игры в напёрстки»: угощение можно переложить из одной коробки в другую, такую же, а из второй — в третью и обратно. В этом случае детям уже тяжелее сказать, где осталась конфета, и до 3–4 лет они не могут решить эту задачу. А вот обезьяны — могут, но только если таких перекладываний будет не больше одного.
Наконец, есть ещё одна модификация этого опыта, когда коробочки с интересующим нас предметом вращаются на подставке, либо самого ребёнка (или животное) обносят вокруг этих коробочек. В этом случае нужно представить, что, хотя положение в пространстве у коробок (или у тебя) поменялось, угощение осталось в той же коробке, что и раньше, то есть двигалось вместе с ней. Иными словами, нужно вообразить физическую взаимосвязь и подвижность разных элементов мира относительно друг друга.
Исследователи играют с какаду в напёрстки.
Как читатели, возможно, уже догадались, какаду успешно прошли эксперимент Пиаже, сравнявшись в интеллекте с детьми и ещё раз доказав, что человекообразные обезьяны не единственные интеллектуалы в дикой природе. Причём попугаям по плечу оказались все три варианта опыта, начиная с перепрятывания угощения и заканчивая «игрой в напёрстки».
Разумеется, разные задания птицы выполняли с разным успехом, причём, что любопытно, наибольшие затруднения вызвал самый первый вариант, где нужно было понять, что угощение просто перепрятали. С другой стороны, «игра в напёрстки», когда нужно следить за перемещением сразу двух объектов, у какаду вызвала гораздо меньше проблем, чем у детей, — вероятно, из-за того, что птицы были более внимательны. Причём, в отличие от обезьян, при «игре в напёрстки» какаду легко могли проследить как за одной переменой, так и за двумя.
Что же до поворотов и переносов, то они и подавно не вызвали у попугаев никаких затруднений, при этом какаду не чувствовали никакой разницы между этими двумя вариантами (для детей сложнее решить задачу, когда объекты сами меняют своё местоположение). Всё это говорит о довольно неплохой рабочей памяти у этих птиц, которые могут сравнивать между собой разные данные и делать на основе этих сравнений какие-то выводы.
Впрочем, мы уже давно не сомневаемся в выдающихся способностях какаду, хотя и продолжаем каждый раз удивляться их очередным интеллектуальным успехам.
http://compulenta.computerra.ru/chelovek/biologiya/10008229/ |
