Теория о врождённой агрессивности особей мужского пола получила ещё одно подтверждение — правда, пока оно касается только самцов дрозофил. На страницах журнала Cell Дэвид Андерсон (David Anderson) и его коллеги из Калифорнийского технологического института (США) описывают специфические нейроны агрессивности, которые им удалось отыскать у «мужчин» этих насекомых.
Довольно просто устроенная нервная система дрозофил позволяет создавать линии мух, у которых можно включать и выключать нейроны определённого типа. Заодно можно следить за динамикой нейропептидов, связанных с тем или иным типом нервных клеток. Исследователи произвели 40 линий таких мух, каждую из которых испытали на агрессивность, повышая активность того или иного типа нейронов. Оказалось, что наиболее резкий ответ был при стимуляции нервных клеток, синтезирующих нейропептид тахикинин (tachykinin, или Tk).
Дальнейшие исследования показали, что эти нейроны характерны лишь для самцов. В том, что один пол имеет какие-то нервные клетки, отсутствующие у другого, нет ничего необычного: у тех же дрозофил есть специфические самцовые нейроны, отвечающие за брачный ритуал. Однако для агрессивного поведения такая нейронная специфичность по полу до сих пор ни у кого не наблюдалась.
Изучая эти нейроны, авторы работы обнаружили заодно и ген, от которого зависела степень агрессивности в поведении самцов: чем сильнее он был активен, тем больше получалось нейропептида Tk и тем жёстче вели себя мухи. Если активация клеток накладывалась на гиперактивность этого гена, дрозофилы нападали даже на те цели, которые им положено игнорировать. Для агрессивного поведения нужна обычно какая-то причина — скажем, запах соперника, но «простимулированным» самцам, чтобы начать атаку, никакого запаха не требовалось: они бросались даже на неодушевлённые объекты, сравнимые по размеру с ними самими.
Впрочем, тут было бы точнее говорить о том, что у самцов больше не столько агрессивности, сколько инструментов, чтобы ею управлять. Наличие у них специального гена и специальных нейронов, которые стимулируют буйное поведение, ещё не говорит о том, что агрессивность в них заложена генетически, поскольку она не зависит от одних лишь генов — и сами по себе самцы на неодушевлённые предметы не бросаются. Но можно представить, что некоторые аномалии в поведении вполне могут быть связаны именно с дефектами мужской нейронно-генетической системы контроля агрессивности.
Но, говоря «мужской», мы опять же делаем допущение о том, что такая специфическая нейронно-генетическая система есть у людей, а это пока под вопросом: исследователям предстоит ещё проверять и проверять, есть ли нейроны агрессивности у каких-то других видов животных, кроме плодовых мушек.
http://compulenta.computerra.ru/chelovek/neirobiologiya/10010981/ |
