Клещи прячутся в вашей постели и плодятся у вас на лице. Они меньше точки в конце этого предложения.
Они настолько малы, что на конце иглы уместилась бы целая дюжина. Хотя на самом деле их излюбленное место сборищ – ваше лицо. По ночам они устраивают там брачные сходки, а днем уползают в волосяные луковицы и сальные железы, чтобы хорошенько подкрепиться.

Потому и называют их «клещи-железницы». В своих «пещерах» самки откладывают несколько яиц, по форме напоминающих самих клещей. Из яиц выводятся личинки, которые, как и все клещи, неоднократно линяют, каждый раз сбрасывая старый наружный скелет и обретая более вместительный новый. Когда рост прекращается, наступает взрослая жизнь, которая длится всего пару недель. Смерть настигает их в одночасье: клещи, лишенные заднепроходного отверстия, переполняются собственными испражнениями, умирают – и разлагаются у вас на голове.

На сегодняшний день известны два вида клещей-железниц, и по меньшей мере один из них обитает на каждом взрослом человеке. Но я побился об заклад (ученые любят это делать), что, если взять пробу даже у небольшого числа взрослых, обнаружатся и другие виды, совершенно новые и неисследованные.
    Особый вкус французскому сыру мимолет придает побочный эффект жизнедеятельности клещей, когда они проделывают микроскопические дырки, едят, извергают испражнения и спариваются.  

Биологам часто случается строить догадки – для пущей важности они называют их гипотезами. Моя гипотеза была основана на представлении о механизмах эволюции и человеческой природы. Эволюция нередко приводит к тому, что величайшее богатство и изобилие сводится к малым формам. Люди же, как правило, не придают значения мелочам. К примеру, водяные клещи обитают в большинстве озер, прудов, а также луж, и нередко их плотность достигает сотен, а то и тысяч на один кубометр. Клещей обнаружили даже в питьевой воде, но мало кто о них слышал – в том числе, до недавних пор, и ваш покорный слуга. Хотя изучение микроскопических существ – моя профессия.

Клещи не брезгуют и пылью, заслужив себе дурную славу пожирателей омертвелой кожи, чешуйки которой шлейфом стелются за нами повсюду. Мы сбрасываем кожу и идем вперед, а наши невидимые остатки служат пищей для сонмища прожорливых существ.

Представление ученых о том, сколько именно видов клещей существует в современном мире, довольно смутное. Должно быть, не меньше миллиона, но знатоков, которые могли бы утверждать наверняка, – пока нет. Среди клещей встречаются и настоящие монстры – в почве можно отыскать хищных клещей с ротовым аппаратом, подобным акульим зубам или гладким лезвиям, смыкающимся с невероятной силой. Есть и такие, которых можно было бы назвать «саблезубыми». Эти чудища таятся в ходах земляных червей и крошечных зазорах между песчинками. Другие клещи обитают в кронах деревьев дождевого тропического леса – на листьях и в мельчайших трещинках коры, а также в чашечках растений-эпифитов.

Клещи проникли даже в пищу. Особый вкус французскому сыру мимолет придает побочный эффект жизнедеятельности клещей, когда они проделывают микроскопические дырки, едят, извергают испражнения и спариваются. Клещи изменяют мир – и это отнюдь не преувеличение! Они могут ускорить или замедлить естественный оборот микроэлементов в почве и темпы разложения растительного опада, повысить или снизить урожайность сельскохозяйственных культур. Вот уж – мал, да удал!

Эти членистоногие – непревзойденные приспособленцы, заполонившие все мыслимое пространство: трахеи пчел, стержни птичьих перьев, заднепроходные отверстия черепах, пахучие железы клопов, кишечники морских ежей, легкие змей, подкожный жир голубей, глазные яблоки крыланов и шерсть вокруг пенисов летучих мышей-вампиров. Каждый из этих видов природа наделила особыми волосками, химическими веществами, подушечками на лапках, ротовым аппаратом и другими ухищрениями, необходимыми им в своей микросреде.

Есть у клещей и особая способность перемещаться. Некоторые из них, например, «переезжают» с цветка на цветок в ноздрях колибри. Пока птичка порхает над цветком, клещ успевает принюхаться – ведь перво-наперво ему нужно убедиться, что среди лепестков он найдет себе пару. Удостоверившись, что прибыл в нужное место, клещ устремляется вниз по клюву колибри с невероятной быстротой – соотношение размеров тела и скорости передвижения делает его одним из самых проворных существ на планете. Есть вид, который вцепляется в заднюю лапку кочевого муравья Eciton dulcius, собственными лапками заменяя муравьиные коготки. Некоторые парят под облаками на петлях шелковых нитей, которые они выделяют и разматывают прямо в воздух. Словом, для клещей не бывает недоступных уголков, даже если эти «уголки» в десять раз тоньше человеческого волоса.

Но чудеса перемещения клещей в пространстве меркнут на фоне особенностей их размножения. В ноздрях колибри и под крыльями мотыльков разыгрываются древнегреческие трагедии в миниатюре. Одни себя клонируют. Другие поедают собственных матерей. Третьи спариваются с сестрами в материнской утробе.

Привольнее всего клещам живется на чьем-нибудь теле, будь то млекопитающее, птица, насекомое или любое другое существо крупнее самого клеща. Тело – это и источник пищи, и средство передвижения, «два в одном». Такие клещи специально приспособлены к тому, чтобы крепко держаться за хозяина, даже когда он бежит, плывет или летит. У большинства птиц есть паразиты, которые нигде больше не встречаются. На теле одного из длиннохвостых попугаев уживаются 25 различных видов, у каждого из которых есть отдельная микросреда.

Учитывая такое разнообразие и узкую специализацию клещей, легко представить, что комната, полная людей (клещам есть где развернуться!), могла бы стать благодатной почвой для открытий – и подтвердить мою догадку. Долгое время дело не шло дальше разговоров, заполнявших паузы на скучных вечеринках. Но недавно мы с коллегами собрали группу добровольцев и попросили каждого взять собственную кожную пробу. «Подопытные» потыкали и поскребли в разных местах, мы провели молекулярные анализы – и обнаружили клещей у каждого обследованного. Попался и один неизвестный прежде вид, который обитает главным образом на людях азиатского происхождения. Только представьте себе – быть может, этот клещ живет на миллионах, если не миллиардах людей, а ученые о нем и ведать не ведают!

А клещи на фотографиях к этой статье – по большей части безымянные виды, и вряд ли в скором будущем они обретут имена. Такова жизнь: вечные тайны у нас под носом... и даже на бровях.

http://www.nat-geo.ru/article/5843-kleschi-nezrimyie-no-moguchie/