Эстонские зоологи обнаружили очередное флуоресцирующее млекопитающее. Они выяснили, что садовые сони сияют ярко-розовым, если посветить на них ультрафиолетовой лампой в темноте. А если сфотографировать этих грызунов через желтый фильтр, они будут светиться ярко-красным с зелеными вкраплениями.
Как отмечается в статье для журнала Zoology, это уже не первое ночное млекопитающее, которое уличают во флуоресценции. Однако остается неясным, какую роль эта особенность играет в их жизни. Несколько лет назад зоологи обнаружили, что американские белки-летяги (Glaucomys) испускают розовое флуоресцентное сияние, если в темноте посветить на них ультрафиолетовым фонариком. В основе этого явления лежит поглощение мехом света с определенной длиной волны и его излучение на большей длине волны, но с меньшей энергией. Какую пользу приносит летягам биофлуоресценция и приносит ли ее вообще, пока остается неясным.
Летяги не были первыми известными науке флуоресцирующими млекопитающими. До этого аналогичная способность была отмечена, например, у опоссумов (Didelphidae) и ласок (Mustela nivalis). Тем не менее, именно открытие биофлуоресценции у летяг заставило ученых активно искать других млекопитающих, которые светились бы в ультрафиолете. В результате выяснилось, что флуоресценция широко распространена среди представителей этого класса, ведущих ночной образ жизни. Например, утконосы (Ornithorhynchus anatinus) в ультрафиолетовом свете сияют зеленым и сине-зеленым, а африканские грызуны долгоноги (Pedetes) — красным и оранжевым.
Команда зоологов под руководством Грете Нуммерт (Grete Nummert) из Таллинского зоопарка пополнила список флуоресцирующих млекопитающих еще одним видом. Осенью 2021 года исследователи заметили, что мех садовых сонь (Eliomys quercinus) в ультрафиолетовом свете сияет ярко-розовым. При этом при нормальном освещении эти зверьки сверху окрашены в коричневые тона, а снизу в беловатые. Чтобы больше узнать о флуоресценции у садовых сонь, Нуммерт и ее коллеги изучили 14 шкурок и одно чучело этого вида из Эстонского музея естествознания. Кроме того, в выборку включили двух особей из Таллинского зоопарка: одну недавно умершую особь и одну живую, но находящуюся в спячке.
Все 14 шкурок сонь флуоресцировали, когда на них светили ультрафиолетовой лампой. Фотографии этих экземпляров, сделанные при ультрафиолетовом излучении на камеру с желтым фильтром, демонстрируют интенсивное зеленое свечение на нижней части тела, при этом центральная часть живота светится красным. Хвосты и лапы шкурок при взгляде через фильтр также флуоресцировали зеленым. При этом на их спинах было отмечено слабое красное свечение. В то же время чучело сони, которое находится на экспозиции с середины прошлого века, не продемонстрировало никаких признаков флуоресценции. Возможно, от возраста пигменты в его мехе деградировали.
Спящая самка сони в ультрафиолетовом свете излучала ярко-розовое сияние. А когда ее сфотографировали через желтый фильтр, свечение меха стало ярко-красным. Кожа, стопы и нос сони на снимках, сделанных через фильтр, светятся зеленовато-голубым. Кроме того, участки зеленоватого свечения есть и на хвосте. Недавно умершая соня также флуоресцировала, однако не так ярко, как ее живые сородичи. При этом все три экземпляра из зоопарка светились ярче, чем музейные шкурки.
Нуммерт с коллегами отмечают, что изученные музейные и зоопарковские экземпляры происходят из разных регионов. Таким образом, способность к флуоресценции широко распространена среди садовых сонь. К сожалению, авторам не удалось выявить конкретные пигменты, которые ответственны за свечение этих грызунов.
Зачем садовым соням нужна биофлуоресценция, неизвестно. Однако исследователи отмечают, что сони и североамериканские летяги в ультрафиолете светятся похожим образом. Это наводит на мысль, что флуоресценция у них выполняет сходные функции. Авторы допускают, что она может служить для маскировки или общения. Тем не менее, неясно, способны ли сони или какие-либо другие животные увидеть флуоресцентный узор без ультрафиолетовой лампы. Согласно альтернативному объяснению, флуоресцентное свечение — лишь побочный продукт накопления фоторазлагаемых порфиринов в мехе.
https://nplus1.ru/news/2023/03/24/eliomys-quercinus |
