Ситуация продолжает оставаться аномальной во всех направлениях, абсолютно по всем рекам. Ученый мир высказал свое мнение на заседании оперативного штаба по охране нерестового омуля.

- Такого ужаса, такого кошмара, который мы наблюдаем в этом году не было ни в один год. Давно и никогда. У нас были предположения, что на Селенге рыбы зайдет больше, чем в том году – и ее реально зашло больше – но такого хода, как в этом году не было. Рыба проходит учетную тонь и дальше ее продвижение просто-напросто «умирает» на ямах, по корягам, завалам и т. д. На всем протяжении плотной концентрации нигде нет. Рыба растянулась от захода до Фофаново и на этом протяжении она, фактически, останавливается. В течение практически трех недель хода. Никаких заметных изменений не было, - говорит Владимир Петерфельд, директор Байкальского филиала «Госрыбцентра».

Почему омуль не идет дальше - неизвестно. Хотя температура воды нормальная.

К концу первой недели октября заход омуля в Селенге, можно сказать, закончился. Вся нерестовая рыба – в реке.

Исторические ежегодные наблюдения показывают, что когда увеличивается доля омуля-«придонника», нерест начинает подходить к концу. А сейчас с каждым днем процент «придонника» растет и растет. Нерестовая кампания заканчивается. Что-то похожее наблюдалось в 1984 году - 30 лет назад. Вызываются сомнения, дойдет ли рыба до рыбоводного завода.

С начала года специалисты делали прогнозы, что рыба не поднимется вверх по течению Селенги слишком высоко. Но, чтобы омуль повел себя так, как повел, подумать не могли.

По реке Верхняя Ангара аналогичная ситуация. Обычно, если косяк заходил, то шел 7-10 дней, а нынче рыба идет потихоньку, по 5-10 тысяч особей в день.

- Все в ужасе от такого количества. Где рыба? Будет ли она еще? Будем надеяться, что есть еще что-то в Байкале и совсем удручающей картины низкого захода не будет. Хотя вода уже 5,5 градусов… Чего еще ждать? - недоумевает Владимир Петерфельд.

По Кичере был только первый косяк омуля, который прошел. Уже около недели рыбы в реке вообще нет. Такого, чтобы зашел маленький косячок омуля, а потом пустая неделя, не было. Специалисты гадают почему такое происходит.

В реке Баргузин такого низкого захода, как в 2015 году практически никогда не отмечалось. Ученые зафиксировали проход всего 35 тысяч производителей.

- Куда все подевалось? Понятно, что снижение может быть. С каждым годом наблюдается снижение нерестовых косяков. Но чтобы так резко. Таких резких выводов нами не делалось и не предполагалось. По крайней мере, по прибрежной популяции омуля, - не находят объяснения аномалии специалисты.

Разве что в Посольском соре обстановка не такая крайне неординарная, как в других нерестовых местах. Плотности скопления омуля в соре не отметили. Омуль заходит в реки кое как.

Очень много и незрелой рыбы, которая должна «нагуляться», так что отлавливать омулей для закладки икры на инкубацию при заходе нельзя.

http://earth-chronicles.ru/news/2015-10-07-84886